За жар-птицей или за жареной курицей?

За жар-птицей или за жареной курицей?

by Евгений Волков -
Number of replies: 0

Яков Миркин

5 февраля 2015 г. https://www.facebook.com/yakov.mirkin/posts/1581820168722431

Какой резон был погружаться в эту бесконечную дыру, и тратить людей и миллиарды на то, чтобы закрепиться там, где места тебе нет? 

Полтора века назад, были положены сотни тысяч «отцов, и дедов, и братьев» ради южных славян, чтобы и турок, и немцев от них отогнать, дабы воссияла идея панславизма. Первая мировая - начало от Сербии, от угнетенных славян в Австро-Венгрии. Число погибших россиян в первой мировой - более 1,5 миллиона человек. Сейчас и южные, и западные, и какие угодно славяне замечательно пристраиваются у теплой печки ЕС, и панславизм - маргинальное течение. Нет любви, нет братства, нет привязанности, а есть голый расчет в треугольнике «США - Германия - Россия», или даже что-то, подозрительно напоминающее нелюбовь.

40 - 50 лет назад «военная помощь составляла 1% всей продукции машиностроения в Советском Союзе». «В 1975 году общее количество вооружений трех основных арабских стран составляло от7 до 14% советского количества. Если к этому добавить остальные арабские стран, то этот показатель будет колебаться между 9 и 19%. Так, Египет, Сирия и Ирак имею около 5500 советских танков, в то время как у всех арабских стран, вместе взятых, 7500 танков при 40 тыс., имеющихся у Советского Союза. Сопоставимые данные по боевым самолетам: 1200 и 1600 по сравнению с 8600 во всех видах советских вооруженных сил».

Это данные из книги, бывшей когда-то в спецхране в ЦК-овских учреждениях - «Советская экономика в перспективе» (Сборник докладов, представленных Объединенной экономической комиссии Конгресса США 14 октября 1976 года), М., Прогресс, 1976.

«Более двух десятилетий Советский Союз на военную помощь Ближнему Востоку около 2% всего своего оборонного бюджета и почти 6% своего производства вооружений (в том числе и усилий в космосе)....Со временем большая часть рассчитанных показателей военной помощи значительно возросла: так, военная помощь этому региону увеличилась с 1,1% оборонного бюджета в течение 1955 - 1966 годов до1,7% в конце 60-х годов и достигла 3,5% в 1971 - 1974 годах, то есть показатель возрос более чем в 3 раза» (Там же, С.76 - 77).

Куда все это делось? Десятки или даже сотни тысяч людей, которые прошли через «экспорт революции», «через расширение влияния», через «распространение идей социализма». Они и сейчас еще есть среди нас, с тоской вспоминая знойные ночи и базары где-нибудь в Багдаде или Триполи, или в Каире и Дамаске. Миллиарды долларов, заработанных и списанных. Какая часть списана?

Потом нас взяла в плен идея постсоветского пространства, в конечном счете, рассыпавшегося, как разбитая ваза. Кто-нибудь считал размеры переданного Россией в виде ценовых льгот и списанных долгов в 1990-х - 2000-годах? Где всё это? Где эти немереные усилия? Есть только постепенно сжимающаяся общность.

Сейчас нас неумолимо захватывает евразийская идея и, чтобы она совершилась, будут затрачены новые люди и новые ресурсы. 

Прогноз - с тем же результатом.

Почему? Потому что мы привычно - вместо сухого, рационального расчета - попадаем в плен идеологии, которая заставляет, растрачивая свой собственный народ и его ресурсы, не жалея его сил, его жизней, его денег, его еды, его домов отдавать всё это куда-то на сторону - в погоне за мифами, на других океанах, в чужих песках.

Потому что нужно бы сначала устроить собственную жизнь - в достатке и на свободе, с растущей собственностью, с отличными дорогами, с эффективной экономической моделью, а уже в меру этого - расширяться, а, точнее, привлекать к себе рядом живущие народы и государства.

В России народ никогда так и не смог накопить семейную собственность. Каждое поколение последние сто с лишним лет начинало с нуля.

Есть замечательная идея - изоляционизм. Она не означает отсутствия внешней политики, или же слабой армии, или же отказа от торговли оружием за рубежом.

Она означает только одно - лишнего делать не нужно, подчиняясь еще одной жар-птице и оставаясь тотально бедными.

Всю экономическую политику я бы свел к нескольким простым формулам.

Притормозить в том, чтобы переливаться за края. В панславизме, интернационализме, в защите постсоветских границ, в православной солидарности, в евразийстве с его поворотом на восток, в тысяче других идей, которое может породить воспаленное воображение.

Нельзя больше оставаться бедными.

Нужна хотя бы пара десятков лет относительной экономической свободы, легких налогов, низкого процента и устройства самих себя на новой, более удобной квартире.

Что касается отношений с соседями - ближними, дальними, партнерами и совсем не партнерами - то, как показывает жизнь, нет ни своих, ни чужих, ни ближних, ни дальних. 

И армия, и флот - тоже не самые лучшие друзья, потому что они могут, как друзья, существовать, только основываясь на сильной экономике.

Самый лучший друг - рост внутреннего спроса и предложения, не накачанного гормонами и антибиотиками, подчиненного благосостоянию собственного народа, а не тоннам и баррелям.

Сухой, рациональный, может быть, протестантский расчет, в котором есть место только обогащению собственного народа и защита интересов его собственности, а не защита чьих-то интересов, в какой бы «изм» они ни укладывались.

Это и есть, по крайней мере, сегодня, лучшая формула «братства навек» с любым, кто живет по ту сторону границы.

777 words