Красивый вопрос / Уоррен Бергер

Глава 5. Спрашивание в повседневной жизни

Почему мы должны жить вопросами?

Почему мы должны жить вопросами?

Почему мы должны жить вопросами?

Когда в начале 1980-х годов Жаклин Новограц училась на последнем курсе колледжа, в бюро по трудоустройству выпускников ей сообщили, что из Chase Manhattan Bank ей прислали приглашение на собеседование. У Жаклин не было особого желания работать в банковской сфере. Она планировала немного отдохнуть от учебы и поработать продавцом, чтобы «выяснить, как можно изменить мир». Тем не менее она добросовестно отправилась на собеседование и, к своему удивлению, получила приглашение на работу. Жаклин его приняла, поскольку оно предоставляло возможность поездить по миру, работая в группе, занимавшейся проверкой состояния банковских кредитов, выданных на зарубежных рынках.

Работа ей нравилась, за исключением одного момента: в развивающихся странах, где Chase вел бизнес, Новограц сталкивалась с людьми, у которых были блестящие идеи и предпринимательские мечты, но им отказывали в кредитовании, потому что не считали кредитоспособными. Однако, по мнению Жаклин, это были именно те люди, которые, если дать им шанс, могли бы создавать жизнеспособные местные предприятия, столь необходимые этим странам. Отсюда возник вопрос: «Почему предпринимателям, потенциально способным удовлетворить самые насущные потребности и решить самые острые проблемы этих стран, не выдают кредиты?»

Chase никогда не согласился бы выдавать такие высокорисковые кредиты, но Новограц начала оглядываться вокруг, чтобы посмотреть, как поступают в таких ситуациях другие, прогрессивные банки. В частности, она узнала, что Grameen Bank в Бангладеш под руководством известного экономиста Мухаммада Юнуса добился значительных успехов, занимаясь выдачей микрокредитов бедным женщинам (которые, как оказалось, исключительно добросовестно возвращали взятые взаймы средства). В ходе своего исследования Новограц также узнала о существовании группы микрофинансирования, созданной несколькими жительницами Нью-Йорка с целью предоставлять кредиты женщинам-предпринимателям по всему миру. Жаклин познакомилась с участницами группы в основном из любопытства, но также и для того, чтобы посмотреть, не найдется ли там места и для нее. Нашлось: ей предложили работу.

Теперь Новограц нужно было задать себе несколько трудных вопросов: «Хотела ли она оставить надежную, хорошо оплачиваемую работу в банке ради рискованной работы в некоммерческом секторе?», «Что было для нее самым важным в тот момент ее жизни?» Кроме того, ее тревожил еще один момент: «Что подумают ее родные, если она откажется от многообещающей карьеры в банке?»

Последний вопрос давил на нее особенно сильно, поскольку девушка вышла из рабочей семьи со скромным доходом и все ее родные очень гордились тем, что она получила работу в Chase Manhattan. Позднее она написала в своей автобиографии: «Я пыталась представить, как скажу своим дядям, что бросаю хорошо оплачиваемую работу на Уолл-стрит, чтобы трудиться в некоммерческой женской организации, которая будет посылать меня неведомо куда. Они решат, что я сошла с ума. Почему мне нужно отказаться от шанса сделать карьеру?»

Но в то же время у нее возникло ощущение, что если она «внимательно прислушается к самой глубокой части себя, то обнаружит там человека, который желает сделать этот безрассудный шаг». И она «знала, что если не сделает его прямо сейчас, то не сделает никогда». Новограц согласилась на предложение некоммерческой организации и вскоре отправилась в Африку. Ответив на вопрос о том, что она хотела сделать в своей жизни, следующие десять лет Жаклин посвятила работе над тем, как найти способ предоставлять кредиты предпринимателям.

Эта работа давалась Новограц нелегко, особенно в первые дни. Оглядываясь назад, она признает, что, подобно многим молодым социальным активистам, желающим помогать людям в других частях света, была наивной, не осознавала сложности проблем и иногда оставляла без внимания нюансы местной культуры. Но, как она мне рассказала, самым полезным качеством для преодоления этих трудностей оказалась ее природная любознательность. Когда она чего-то не понимала или понимала неправильно, то задавала множество вопросов «Почему?». В конце концов это привело к рождению ключевого вопроса «Что, если?..».

Новограц знала о растущем интересе к инвестированию в развивающиеся страны, а также о подъеме социального предпринимательства, нацеленного на использование новых подходов к глобальным проблемам. Она чувствовала, что для объединения этих новых явлений с традиционной филантропией лучше всего использовать гибридный подход, сочетающий венчурное инвестирование с благотворительностью: идея заключалась в том, чтобы создать венчурный фонд, который будет поддерживать предпринимателей, запускающих новые предприятия, создающих рабочие места и решающих повседневные проблемы в развивающихся странах. Поначалу Новограц формулировала свою идею так: «Что, если мы смогли бы сделать инвестирование средством, а не целью?»

Инвесторы сохранят право рассчитывать на доходы, им придется смириться с тем, что эти доходы снова будут вкладываться в те же стартапы, чтобы обеспечивать их выживание и рост, – по выражению самой Новограц, их деньги должны были стать «терпеливым капиталом». Узнать, оправдает ли себя эта концепция, не было никакой возможности, но Жаклин привлекла к ней достаточно внимания, чтобы в 2001 году основать некоммерческую организацию Acumen Fund.

Затем команда Новограц занялась поисками возможностей и нашла их у людей, увлеченных своими собственными красивыми вопросами: «Что, если мы сможем помочь страдающим от жары мелким фермам во всем мире удвоить урожай?», «Почему бы нам не использовать солнечную энергию для производства дешевого электрического света для бедных?», «Почему в Индии нет собственной службы скорой помощи по типу 911?», «Что, если мы сможем ограничить распространение малярии в Африке – и заодно создать рабочие места?»

Предлагаемое Acumen Fund финансирование помогало предпринимателям находить ответы на эти разнообразные вопросы. Вот лишь некоторые из таких ответов: команда предпринимателей, увлеченная идеей дешевой солнечной энергии, сейчас обеспечивает электрическим светом двадцать миллионов человек в развивающихся странах (включая восемь миллионов детей в школах). Свободный дизайнер продал 275 тысяч систем капельного орошения мелким фермерам в засушливых регионах Африки. Человек, мечтавший о службе скорой помощи в Индии, сейчас возглавляет самую крупную частную службу скорой помощи в Азии. Африканский производитель простых балдахинов для кроватей (защищающих от москитов и малярии) выпустил шестнадцать миллионов балдахинов и обеспечил работой семь тысяч человек. Кроме того, некоторые проекты оказались выгодными с точки зрения доходности: 2 миллиона долларов, инвестированные Acumen Fund в производство систем освещения на солнечных батареях, удвоились, правда, все доходы снова направляются в компанию в надежде через несколько лет обеспечить светом сто миллионов человек.

Организация Acumen Fund считает, что убеждать инвесторов финансировать эти высокорисковые, медленно окупающиеся предприятия – это лишь часть ее миссии. Во многих случаях кредиты получают амбициозные, но неопытные предприниматели, которые нуждаются в руководстве, квалифицированных советах и моральной поддержке, когда проводят свои «Почему?» и «Что, если?..» через трудную стадию «Как?», связанную с выведением этих инноваций на рынок.

Новограц отмечает, что, когда вы пытаетесь сделать что-то, чего никто не делал раньше, – особенно на рынках развивающихся стран, где не хватает ресурсов и плохо развита инфраструктура, – ключом к успеху становится обучение и приспособление по ходу действия. Вы должны задавать массу вопросов о том, что осуществимо, а что нет, а также о том, чего хотят и в чем нуждаются люди на самом деле (чтобы не путать это с тем, чего, на ваш взгляд, им следует хотеть и в чем им следует нуждаться).

Группы, предоставляющие помощь извне, хотя и руководствуются благими намерениями, часто не проводят таких тщательных поисков на местах. Они склонны предлагать решения, которые кажутся правильными с точки зрения аутсайдеров. Подобные действия могут привести к навязыванию людям того, чего они, возможно, не хотят. Возьмем, к примеру, противомалярийные балдахины для кроватей. Новограц полагала, что люди захотят приобрести их, чтобы не болеть, «но на самом деле многие считали, что смогут лучше спать, если насекомые не будут их беспокоить, и к тому же эти балдахины красиво смотрятся. Забота о здоровье стояла в самом конце списка». Узнав об этом, Acumen Fund и производитель балдахинов смогли значительно повысить эффективность маркетинга этого продукта.

«Вы не узнаете, что движет людьми, – сказала мне Новограц, – пока не проведете достаточно времени, сидя на полу и слушая, как они рассказывают вам свои истории».

Во время недавнего выступления с речью на церемонии вручения дипломов в Геттисбергском колледже в Пенсильвании Жаклин Новограц призвала выпускников положительно относиться к неопределенности и использовать врожденную пытливость разума. Процитировав строку всемирно известного поэта Рильке, она посоветовала студентам «жить вопросами».

Я попросил Новограц подробнее остановиться на этой речи и на теме спрашивания. «Мне было предписано судьбой постоянно натыкаться на стены и убеждаться в том, что легких, ясных ответов не существует, – сказала она. – И мне потребовалось очень много времени, чтобы понять, что научиться задавать хорошие вопросы необходимо. Вот почему мне хотелось, чтобы они тоже этому научились, и лучше раньше, чем позже».

Жаклин назвала выпускников «ребятами, которые находятся в самом начале пути», – такими же, как она сама в свое время. «Они пытаются делать все, что, по их мнению, положено делать: получить диплом правильно выбранного колледжа, отработать два года в инвестиционном банке и так далее. Иногда эти ребята спрашивают меня: “А что нам делать дальше?” Но когда я говорю: “Делайте то, что советует вам ваше сердце”, – то получаю в ответ недоуменные взгляды».

Памятуя об этом, Новограц надеялась, что ее послание сумеет изменить направление мыслей некоторых студентов, заставит их отвернуться от предопределенных путей с заранее намеченными следующими шагами и устремиться к чему-то более открытому, непредсказуемому и неопределенному. «В нашем быстро меняющемся мире для них никто не подготовил карту с поэтапным маршрутом, – сказала она. – Лучшее, на что они могут надеяться, – это получить хороший компас, который будет указывать им направление. Тех, кто это понимает и кому это нравится, ждут замечательные приключения».