Главная Карта Поиск Новости Онтография Консультации
Facebook Расписание КОРНИблог Контакт/Contact
Библиотека телефонного консультанта

Клод Стейнер

Как избежать роли Спасителя

(Главы из книги “Сценарии, по которым живут люди”)

Вестник РАТЭПП, 1994, № 1. — С. 38-45.
© Перевод с английского А. Быкова

(с. 38:) Люди, которые по роду занятий (священники, психологи, социальные работники, врачи, психотерапевты и т. д. ) или по призванию посвящают себя помощи другим, нередко начинают со временем резко отрицательно оценивать свои старания помочь ближнему.

Энтузиазм и удовлетворение первых месяцев или лет работы сменяется разочарованием.

Широкая распространенность этого явления заставляет признать его закономерным и учитывать при подготовке соответствующих специалистов. Бесконтрольное развитие обозначенного процесса может привести к выработке устойчивых отрицательных установок в отношении “объектов помощи”: они беспомощны и безнадежны; они ленивы и немотивированы; они неизлечимо больны.

Поскольку обращающиеся за помощью выглядят именно так, беспомощными, слабомотивированными и пассивными, консультанту представляется естественным взять на себя бремя забот и не ожидать особой активности со стороны тех, кому он помогает. Когда консультант приступает к работе с настроением, что несмотря на колоссальные усилия множество предшественников его клиента так и остались в беспомощном состоянии, но помогать как-то все-таки надо, это бремя становится настолько тяжелым, что ему самому начинает хотеться почувствовать себя преследуемым и беспомощным.

Описанные явления созревают в процессе игры в спасение в текущей работе терапевта.

Ролевой треугольник игры в спасение

(С. 39:) Однажды увиденный ролевой треугольник игры в спасение становится очевидным для многих терапевтов. Они узнают его контуры в своих отношениях с пациентами.

Например, в психотерапии весьма обычно для пациента представлять себя жертвой обстоятельств или чьего-либо преследования. Терапевт принимает эту концепцию и начинает “терапевтировать” не заручившись никакими обязательствами со стороны своего пациента. Без всяких гарантий интереса и участия алкоголика терапевт начинает действовать в роли Спасителя, причем на его долю выпадает никак не менее половины общей работы, т. к. пациент, не проявляя особого интереса к перспективе трезвой жизни, ограничивает свою активность только приходом в назначенное время на психотерапевтические сеансы. Алкоголик некоторое время “делает успехи”, а потом, к полному недоумению окружающих, восхищенных его успехами, уходит в запой. Отчасти это месть терапевту за его “руководящую” позицию. Здесь мы наблюдаем как Жертва превращается в Преследователя, а Спаситель — в Жертву. После того, как алкоголик наказывает терапевта своим “срывом”, приправленным, быть может, ночными звонками и мольбами о помощи, терапевт переключается на роль Преследователя, ищет путей возмездия. Он может начать подозревать своего пациента в грубых психопатологических отклонениях, потерять к нему доверие, вообще злиться на него за то, что он из хорошей Жертвы превратился в нехорошую Жертву. Так Спаситель превращается в Преследователя, а алкоголик возвращается в позицию Жертвы.

Треугольник Спаситель-Жертва-Преследователь
Многие терапевты с энтузиазмом начинают работать во благо людей, которые, возможно, не только не заинтересованы в их помощи, но и относятся к ней с пренебрежением. Большинство из нас могут припомнить случай (а то и не один! ), когда мы становились все более и более активны в помощи кому-либо, в то время как он неуловимо терял свою активность так, что с некоторого времени начинало казаться, что его благо интересует нас в гораздо большей мере, чем его. А как часто мы потихоньку восхищаемся (С. 40:) собственными успехами, пока нас не свергает с пьедестала наш “любимец”, совершив попытку суицида, запив или будучи задержан за кражу в магазине самообслуживания.

Многие из нас после многотрудной, но безуспешной работы с пациентом, начинают питать к нему скрытую, а то и явную неприязнь, которая неминуемо проявляется так или иначе в общении или действиях. Эти явления, равно как и их осознание, действуют разрушительно на личность терапевта. Ниже я рассматриваю некоторые идеи и подходы, которые могут быть полезны тем, кто решил исключить игру в спасение из практики своей терапевтической работы.

Терапевтическая ситуация располагает к формированию ролевого треугольника, в котором основная нагрузка ложится на роли Жертвы и Спасителя, а через роль Преследователя осуществляется переход от одной роли к другой. Некоторые терапевтические группы, работающие в “шоковом стиле”, активно используют роль Преследователя вполне сознательно. Для эффективной терапии существенно, чтобы пациент, обратившийся за помощью, рассматривался как полноценное человеческое существо, потенциально способное контролировать свою жизнь, а это едва ли возможно, если терапевт изначально утверждается в роли Спасителя.

Так же и роль Преследователя, на мой взгляд, не имеет терапевтической ценности. Разумеется, её использование элиминирует всякие тенденции к принятию роли Спасителя, делает людей, быть может, тверже и решительнее, но никак не лучше и счастливее.

Вкратце наш способ избегания игры в спасение заключается в установлении равноправных отношений между пациентом и терапевтом, предполагающих общую ответственность за общее дело — терапевтический процесс.

Как избежать игры в Спасение

Мы исходим из того, что некоторые люди, модели отношений и даже целые организации функционируют исключительно в рамках ролевого треугольника игры в спасение. В этих ситуациях человек не имеет возможности (С. 41:) действовать иначе, как в узких пределах одной из трех ролей. Так, например, алкоголик, расположенный играть роль Жертвы, ищет Спасителя или Преследователя или вынуждает терапевта принять ту или иную роль. Если же тот не готов или не желает принять ни одну из этих ролей, алкоголик теряет интерес к психотерапевтическому процессу.

Существует множество организаций социальной помощи, благотворительных и т.п. , в которых вообще невозможна интеракция, если обращающийся не принимает роли Жертвы, а организация и её работники — роли Спасителя. Хорошим примером этого может послужить психиатрическая клиника, в которой существует только две возможные роли: 1) роль пациента или Жертвы, которая предполагает беспомощность и отсутствие выбора и 2) роль терапевта или Спасителя, который вынужден относиться к пациентам как к беспомощным Жертвам.

Если же в этих условиях кто-то не хочет принимать участие в игре в спасение, это может стать для него источником стрессов. Нежелание принимать определенную роль, требуемую этой игрой, наказывается преследованием со стороны партнеров в той или иной форме. Во всех случаях когда терапевт (или кто-то) спасает пациента (другого) или навязывая ему то, что он делать не хочет, или принимая на себя большую часть работы по разрешению конфликта, он всегда исходит из явного или неявного предположения, что пациент — лицо беспомощное, не могущее позаботиться о себе и уж в любом случае — обладающее низким социально-психологическим статусом. Каждый шаг в игре в спасение, каждый акт по спасению пациента вновь и вновь подтверждает, воспроизводит и укрепляет “дисбаланс сил” в паре Спаситель — Жертва и препятствует выявлению собственной активности пациента. Отказ от предположения и веры в то, что наши партнеры по психотерапевтической работе — люди не способные справиться со своими проблемами, не знающие как и зачем им жить и не могущие влиять на свою судьбу — шаг весьма трудный, но это необходимое условие для создания кооперативных отношений между терапевтом и пациентом.

Случай из практики

(С. 42:) На занятиях нашей психотерапевтической группы появилась молодая женщина, весь вид которой свидетельствовал о пережитом ею глубоком стрессе. Она тяжело опустилась на стул в дальнем углу комнаты. Все заметили её состояние, но тем не менее состоялось обычное знакомство. Затем по обыкновению, ведущий начал занятия с вопроса: “Кто хочет начать работу?”

Несколько человек выразило желание, Кэрол (так звали молодую женщину) промолчала. Это было замечено всеми и кто-то из участников группы (не ведущий) сказал: “Может быть ты, Кэрол?” Женщина замялась с ответом: “Я право не знаю...”

Подождав некоторое время и не услышав ничего вразумительного, ведущий обратился к одному из участников группы : “Начинайте, Фред, дадим Кэрол возможность подумать и решить, готова ли она работать”. Кэрол, казалось, была несколько разочарована, но ничего не сказала. Фред говорил около двадцати минут и, когда он закончил словами “Спасибо, я получил то, что хотел”, Мэри едва дождавшись своей очереди, рассказала о том, что ей удалось сделать в течение недели. Каждый из участников группы сознавал бездействие Кэрол и её неучастие в обсуждении и, когда Мэри замолчала, повисло молчание.

Ведущий обратился к Кэрол: “Мне кажется, ты нуждаешься в чем-то. Может быть в нашей помощи. Было бы здорово, если бы ты попросила нас о чем-нибудь, а мы бы подумали как мы можем тебе помочь”, в ответ Кэрол расплакалась. Джек, сидевший рядом с ней, попробовал обнять её в утешение одной рукой, но она так съежилась от страха, что тому пришлось отдернуть руку. Чувствовалось, что некоторые участники группы раздосадованы поведением новенькой, другие — искренне сочувствуют её горю, столь явственно проявившемуся в этот момент. Ведущий, дав Кэрол поплакать некоторое время, сказал: “Кэрол, мне кажется, что ты чувствуешь полную безнадежность и бессилие что-нибудь сделать. Я прав?”

Кэрол подняла глаза при слове “бессилие”. Она сказала: (с. 43:)
“Да, это так, бессилие. Я ничего не могу делать и совершенно запуталась”.
Ведущий ответил: “Мы работаем здесь по принципу взаимопомощи, но от каждого требуется полная самоотдача в работе прежде всего с самим собой и с другими. ”
“Я же сказала вам, что ничего не могу делать” — ответила Кэрол.
“Ты можешь начать с того, что попросишь нас или кого-нибудь из нас о чем-либо...”
“Но ведь это, я имею в виду просьбу, проявление не силы, а слабости!”
“Я так не думаю, но мне хочется помочь тебе попросить нас о чем-нибудь...”

Приведенный пример представляет один из возможных путей избегания роли Спасителя или, другими словами, как не спасать “активную” Жертву (ищущую Спасителя). Кэрол нашла свой путь. В тот первый день ей удалось выразить свое желание: она хотела поплакать и пожаловаться. На следующий день она заявила: “Я поняла, что мне многое предстоит сделать, но вчера мне было хорошо с вами. Мне кажется, что я смогу что-то сделать”.

Следующие моменты следует учитывать, препятствуя втягиванию себя в игру в спасение,

1. Каждая ситуация, в которой один из партнеров обращается за помощью к другому, чревата опасностью образования пары Жертва — Спаситель. Роль Спасителя характерна тем, что человек, принимающий ее, занимает “верхнюю” (доминирующую) позицию, отрицая в своем партнере, Жертве, способность самому справиться со своими проблемами. Таким образом, помощь оказывается без требования ответной и по возможности равной активности. Одним из вариантов поведения спасителя является оказание помощи без просьбы “потерпевшего”, а иногда и вопреки его желанию. Поэтому:

1.1. Не приступайте к оказанию помощи без заключения “контракта” о взаимных обязательствах с пациентом.
1.2. Не дайте увлечь себя вере в беспомощность пациента (если он, конечно, не в обмороке).
1.3. Помогите пациентам, ощущающим свою (с. 44:) беспомощность, найти пути использования тех возможностей и сил, которыми они располагают.
1.4. Не берите на себя более половины работы, которой требует терапевтический процесс. Большая часть её должна быть взята пациентом.
1.5. Не делайте того, чего вы делать определенно не хотите.
2. Роль Спасителя предполагает превосходство по отношению к Жертве, которая по положению должна быть пассивна и подчиняться. Длительное пребывание в обоих из этих ролей ведет к накоплению обид, разочарований и раздражения в отношении партнера, что создает предпосылки для перехода к роли Преследователя, как из позиции Спасителя, так и из позиции Жертвы.
Преследование, как неизбежный результат исполнения роли Спасителя (Жертвы) проявляется тем сильнее, чем с большей отдачей и односторонностью игралась предыдущая роль. Поэтому:
2.1. Избегайте поведения, которое демонстрирует ваше превосходство или способствует его установлению.
2.1.1. Не используйте особенный стул или кресло во время занятий.
2.1.2. Не разговаривайте по телефону во время групповых занятий.
2.1.3. Старайтесь не быть в центре внимания группы, за исключением случаев, когда это обусловлено психотерапевтической целью.
2.1.4. Не прерывайте речи участников группы.
2.1.5. Не допускайте мести и “поглаживаний” со стороны членов группы.
2.1.6. Сохраняйте равенство внутри группы. Вы можете демонстрировать превосходство только в одной области — в том что касается психотерапии. Однако и в этой области следует стремиться к установлению равенства, раскрывая, по возможности, приемы и цели психотерапевтической работы.
2.2. Если вы чувствуете раздражение в отношении своего клиента, то это скорее всего результат того, что либо вам приходится выполнять большую часть психотерапевтической работы, либо вы вынуждены делать то, что вам не (с. 45:) хочется, либо вы не делаете что-то из боязни причинить боль пациенту, то, что вы хотите или считаете нужным сделать. Во всех случаях вы несете лишь часть ответственности за происходящее. Чем большее раздражение вы испытываете к пациенту или вызываете у него, тем выше вероятность принятия вами ролей Спасителя или Преследователя. Помните, что не бывает односторонней игры без подыгрывания партнера. В случае, если вы испытываете раздражение к пациентам или участникам психотерапевтической группы слишком часто (скажем, чаще чем один раз в полгода), вам, видимо, следует пройти психотерапевтическую группу в качестве пациента и поработать над своими проблемами.

2.3. Не позволяйте накапливаться отрицательным эмоциям у членов группы и у себя. Обучайтесь “взрослому”, критическому, ответственному общению.

2.4. Не позволяйте участникам группы выступать в роли Преследователя или Спасителя в отношении вас. Некоторые терапевты, старательно избегающие позиции превосходства, впадают в другую крайность и рискуют занять низшую позицию: небрежно одеваются, опаздывают на занятия, много курят, намекают или говорят о своих личных проблемах, позволяют себе замечания вроде “Не смотрите на меня, я всего лишь один из вас, один из участников группы”, забывая, что если бы это было так, ему бы следовало вернуть деньги, которые он получил от своих пациентов.

Недопущение игры в спасение — одно из основных условий эффективной психотерапии. Резюмируя, можно сказать, что мы “спасаем” нашего пациента, когда:

— делаем для него или ради него что-то, чего делать не хотим;
— берем на себя большую часть работы в психотерапевтическом процессе;

Заключение “контрактов” о взаимных обязательствах и ответственности с пациентом или участниками группы — важный шаг к установлению отношений, свободных от игры в спасение.