Соблазнительная пропасть лёгкости… и секса

Психокульт: наброски портрета в стиле Синтон

Этот писатель в совершено новой и оригинальной форме сказал: «Хочу попИсать».

С. Ежи Лец. Непричёсанные мысли

© 2002, Волков Е. Н.

Когда меня спрашивают, опасны или нет, полезны или вредны «Синтон»-программа и «Синтон»-клубы, а также книги Н. И Козлова, то из коротких ответов я предпочитаю такой: «Стоит поискать что-нибудь более полезное и более безопасное». Предлагаемый далее пространный вариант ответа не претендует на полноту и систематичность. Я попробовал популярно, с пародированием, в краткой тезисной форме, обозначить некоторые сомнительные, мягко говоря, стороны и результаты «осинтонивания».

Мераб Мамардашвили, один из мудрейших людей прошлого столетия, метко назвал «социальной алхимией» идеи и проекты, подобные козловским, а их суть и конечный результат выразил в фразе: «соблазнительная пропасть лёгкости».

Книги Н. Козлова — развернутая самореклама, сделанная с помощью подделки под свою схему в основном «позаимствованных» — без указания подлинных авторов — идей и психологического инструментария. Заимствуется всё: образы и метафоры, фразы и схемы, упражнения и интерпретации, термины и концепции, но преподносятся они как собственность Козлова, причем особенно глумливый характер имеет залихватская критика обворованных жертв, которых автор выстраивает в струнку перед своим пьедесталом.

Я красив, силен, умён, добр. И всё это открыл я! (С. Ежи Лец. Непричёсанные мысли).

Вам рекламируют продукт, но вы вряд ли узнаете достоверную информацию о том, из чего он составлен и что реально от него получили другие потребители. Встречающиеся же по ходу «истории успеха» оставляют странное впечатление, так как связаны часто с сомнительными сексуальными сюжетами, вроде заказывания девушками кавалеров на ночь или подарка в виде новой женщины для своего мужа, который делает «синтонированная» жена.

Современный потребитель, видимо, еще не выработал универсального защитного рефлекса на все варианты недобросовестной рекламы, поэтому находится немалое число простаков (в данном случае — тех, кто верит в простые решения сложных личных и социальных проблем), которые принимают рекламные проспекты самого Н. Козлова и его «Синтон»-программы за книги, содержащие секреты жизни. Хочется верить, что когда-нибудь люди будут с усмешкой оставлять невостребованными на книжных прилавках «Истинную правду», «Формулу личности» и подобные им опусы, только глянув на первые несколько страниц с неумеренными самовосхвалениями и на подчеркнуто инфантильные иллюстрации к «простым и ясным» рекомендациям по разрешению извечных проблем человечества.

Когда-то очень давно наши предки экспериментальным путем пришли к открытию: «Простота — хуже воровства». Теперь расцветает «воровство на простоте» — воровство остатков сознания и денег у тех, кто по-детски клюет на простые рецепты и легкие решения.

Литературный критик Д. М. Давыдов дал почти исчерпывающую культурологическую характеристику «осинтонивания»:

«Я полагаю, что «козловцы», «синтоновцы» представляют собой характернейший пример жестко структурированной субкультуры, а книги Козлова могут быть рассмотрены в контексте данной субкультуры как формирующие её механизмы. Среди признаков субкультурной козловской поэтики отмечу её нарочитую инфантильность. Среди средств, которые продуцируют инфантильный дискурс, назову неприятие Козловым «птичьего языка» — то есть языка науки. Термин строг, отстранен от своей этимологии, он обрубает в сознании читателя лишние ассоциации. Эклектике постмодернистско-субкультурного письма это, разумеется, не нужно. Отсюда возникает притчевое мышление, метафоризация текста. То, что выдается Козловым за «простоту», «доступность» изложения, оказывается средством размывания смысла, уходом от ответственности. Благодаря этому сознание «козловца» размывается, он начинает жить в псевдореальности, утрачивает какую-либо способность к интерпретации внешних фактов, к различению смыслов. Козловское письмо порождает в сознании его адептов ирреальный мир. Козлов продуцирует не простоту, а опрощенчество, ведущее к полной интеллектуальной пустоте».

Подспудное послание, которое несут книги Н. Козлова, звучит примерно так: «Замшело-глупые взрослые дядьки и тетьки запутались в одряхлевшей культуре прошлого и не дают нам, мальчонкам и девчонкам, слиться в экстазе с истиной жизни, голой и простой как мычание». Понятно, как возбуждающе действует оголенная и опрощенная «истина» на психику гиперсексуальных подростков и по-современному сексуально озабоченных (скорее, озадаченных, т.е. откликнувшихся на призыв дешевой поп-продукции расстаться с «предрассудками устаревшей культуры») девчушек. И Синтон-практика не разочаровывает тех, кто это послание услышал — значительная часть упражнений представляет собой легализованный публичный петтинг. Секс всегда продавался хорошо и без литературно-философских упаковок, а уж с гарниром «простой мудрости жизни» и «синтонности» успех этого вечного лидера рынка абсолютно неизбежен, чем г-н Козлов и кормится.

«Голый король», но в великолепном убранстве. (С. Ежи Лец. Непричесанные мысли).

Кроме того, производителем-продавцом «в одном флаконе» заранее оборудованы отбойные позиции против критики:

  • - если книги покажутся «с душком-с», то предлагается тезис о том, что вот практические курсы и тренинги — это совсем другой, очень качественный продукт;
  • - если же тренинги вызывают негативную реакцию, то утверждается, что виноват сам потребитель, не доросший до такого «продукта».
  • В результате проданы и книжки, и тренинги, а потребитель растерянно озирается в поиске несбывшихся чудес. Ему трудно признаться себе, что его надули, поэтому он сам энтузиастически придумывает результаты и включается в поддержание иллюзии.

    «Быстренько, быстренько! Сама, сама!», как выражался герой Никиты Михалкова в известном фильме.

    Если же потребитель «раскусывает» продукт, то остается еще немало тех, кто его пока не пробовал.

    Стиль и тональность текста решают прежде всего задачу максимального возбуждения эмоций читателя. Благодаря этому читатель, большей частью невооруженный против такого приема, теряет способность замечать вопиющие противоречия в построениях автора, причем в самых основополагающих. Например, Козловым сначала рисуется ужасающая картина того, как нормальное (это самое страшное ругательное прилагательное у автора) общество калечит, делает больными по всем статьям и глупыми беспомощных граждан. Одновременно заявляется, что секрет здоровья известен только Козлову. И тут же провозглашается, что Синтон — только для «истинно здоровых», остальные пусть живут, как хотят.

    То есть Синтон — только для Козлова. А вы что думали?

    Из этого безвыходного положения читателю все-таки оставляется лазейка-подсказка: критерием здоровья объявляется согласие со взглядами и выводами Козлова. Причем основные идеи, с которыми нужно согласиться, уже услужливо выделены в тексте шрифтом или форматированием, чтобы читатель особенно свои мозги не напрягал или, не дай бог, не вздумал свои собственные выводы делать.

    Интересно, что в Синтон-клубах ведущих и лидеров называют между собой «удавами», а новичков — «кроликами». Столь любопытное деление оправдывается тем, что в ходе занятий «кролики» смогут стать «удавами». Забавно, не правда ли? «Удавы», кстати, получают скидки в оплате тренингов за «качественных кроликов» в размере 10 у.е. за голову (или шкурку?).

    «Качественные кролики» — это, видимо, те, кто легче всего поддаются гипнозу «удавов».

    При этом особо не скрывается и то, что личные цели и интересы новичков — лишние побрякушки с точки зрения Синтон-программы, тут из них сделают то, что нужно Н. Козлову, а не самим «кроликам». Вот точная фраза из письма Н. Козлова своему сподвижнику: «… Ты знаешь, что я мнениями новичков, приходящих в Синтон, интересуюсь мало, и их личные проекты самоизменения для меня только материал. Он хочет жить по своему — ради бога, только при чем тут я и Синтон. У Синтона есть свой проект, и честность его в том, что он его не скрывает. Но мы строим людей по своему проекту, а не по запросам разнообразных клиентов».

    Да уж, честность обезоруживающая, но вызывает большие сомнения то, насколько этот подход четко и ясно доносится до подопытных «кроликов». Но и с самой реализацией этого амбициозного «человекостроительства» дело обстоит отнюдь не так гладко, как в блистающих витринах козловских книжек.

    Из более поздних писаний и откровений вытекает, что Синтон выпускает в свет немалое количество «довооружившихся» бессовестных хамов, по поводу чего Козлов беспомощно разводит руками, а в качестве некоей панацеи предлагает строить «башни из слоновой кости» — «Солнечные Дома» для избранных. Если экстраполировать эту тенденцию в не столь уж далекое будущее, то вместо обещаемой им фантастической бесконфликтности мы получаем всего-навсего новый вариант поляризации общества со всеми давно известными последствиями. Получается, что как Козлов плюет на личные цели завлекаемых «кроликов» ради своих «более высоких и мудрых» намерений, так и немалое число инородных «удавов», замаскировавшихся под «кроликов», используют в своих собственных целях Козлова, наплевав на все его красивые лозунги.

    Сколько раз говорили: не рой яму другому…

    При этом он рьяно упрекает науку в том, что она не только пользу плодит, но и опасности увеличивает. На деле оказывается, что Синтон работает по тому же принципу. Однако никакой самокритики и покаяния мы у Козлова не видим, поскольку «Show must go on!», принося деньги и славу. Так обнаруживаются реальные главные двигатели активности г-на Козлова. Если бы у него душа действительно так болела о здоровье людей, как он утверждает, то ему давно бы пора удалиться в монастырь замаливать свои грехи или, по крайней мере, заняться бесплатным гарантийным ремонтом загубленных душ, т.е. психотерапией, многократно закиданной им грязью.

    Деньги-то не пахнут! (Инсайт одного из римских императоров, обложившего налогом общественные туалеты).

    В одной из своих книг Н. Козлов чуть ли не целую главу построил на кулинарной метафоре. Если эту метафору применить к его деятельности, то возникает два вопроса к экзамену в «калинарном техникуме». Один известен всем — «Чего в супе не хватает?» Второй — «Чего в супе лишнего?»

    Дело в том, что свой «супчик» г-н Козлов варит из почти полностью заимствованных продуктов, в значительной части доброкачественных и полезных (при правильном приготовлении и употреблении, а также при раздельном питании). А вот то, как он смешивает, готовит и подает «Синтон»-солянку, какие туда добавляет собственные «специи» — это и есть лишнее и вредное для здоровья потребителей, поскольку замешано на подтасовках, передергиваниях, худших вариантах манипулирования, на социальной и культурной дезориентации. Супчик с мухами, короче говоря.

    Котлеты — отдельно, мухи — отдельно! (Лозунг цивилизованного общепита).

    Не хватает же в «синтоновской кулинарии», во-первых, весьма существенного и жизненно необходимого компонента — развития критического (научно выверенного и обоснованного) мышления, взвешенно-взрослого восприятия реальности. Эмоционально-«наглядный» перекос — это свойство всеопошляющей рекламы, несовместимое с претензиями на «истинное строительство здоровых человеков».

    Во-вторых, еще хуже отсутствие подлинно мудрого, понимающего принятия нашей культуры и истории, без чего любые «проекты будущего» неизбежно становятся «социальной алхимией», бесплодными и опасными утопиями.

    В-третьих, у Н. Козлова, как мне кажется, весьма ощутимый дефицит той самой любви, о которой он пишет так много. Трудно считать любовью воспеваемый им «технологичный» эрзац, не принесший, видимо, и ему особых радостей.

    В-четвертых, отсутствует, судя по всему, доверие к людям и к жизни как таковой, в том числе и к доверившимся Н. Козлову синтоновцам. Последние рассматриваются Великим Спасателем лишь как сырой материал для «истинной технологии».

    В-пятых, отсутствует, по-видимому, у г-на Козлова и способность к принятию критики. Она для него настолько нестерпима, что он либо игнорирует ее, либо придумывает по её поводу удобную для себя интерпретацию, либо пробует задушить её с помощью «благородно-доброжелательной открытости», за которой скрывается уверенность в своем манипулятивном и демагогическом превосходстве. В этом он действительно мастер. Достаточно обратить внимание, как грамотно он вставляет в текст изложение критических аргументов в свой адрес, укрепляя отнюдь не взвешенность оценок и независимую критичность читателей, а иммунитет против восприятия этой критики.

    Результат неизменно превосходный — критическому взгляду на себя нет места в сознании Н. Козлова.

    Разум, даже направленный на достижение самой низменной цели, ищет в свое оправдание благовидных мотивов; редко кто закоснеет настолько, что не попытается обмануть таким образом не только своих ближних, но и самого себя. (Фенимор Купер о Н. Козлове. См.: Купер Ф. Собр. соч. в семи томах. Том VII. С. 378)

    Перечисление изъянов супчика по-козловски можно было бы продолжить, но и вышеназванных достаточно для первой пробы. Если я кому-то испортил аппетит, то не по злобе, а по нежеланию скрывать результаты дегустации.

    ...

    Данный текст был в своё время временно удален с сервера IATP. Познакомиться с обсуждением этого факта — http://www.livejournal.com/users/y.pat/96937.html

    Содержание дискуссии