Культовая травма и реабилитация

Мишель, Инго

Michehl, Ingo. Cult Trauma and Recovery

Извлечения из: Michehl, Ingo. Cult Trauma and Recovery. 1996. Эта магистерская диссертация размещена на свободном доступе в Интернете по адресу: http://trancenet.net/moonism/ilp-lk.shtml

© 1996 Michehl, Ingo. © 1999 Е. Н. Волков, перевод на русский язык.

Полный перевод работы Инго Мишеля издан в сборнике «Исцеление от «рая»».

Графическая модель когнитивного диссонанса

Чтобы иллюстрировать концепцию когнитивного диссонанса, автор разработал графическую модель:

Ядро индивидуальности символизируется совпадающим сектором этих трех кругов. Три главных аспекта индивидуальности (П, М, Э) находятся в балансе в пределах исходной рамочной системы ориентиров.

Сектор изменился, поскольку один круг перемещается из-за внешнего влияния, создавая дисбаланс или диссонанс.

Пример: из-за подчинения заключенного или новичка культа жесткому распорядку работы его поведение изменяется и входит в конфликт с его мышлением и эмоциями (чувствами).

Чтобы компенсировать диссонанс, мышление и эмоции изменяются (смещаются). Некоторый баланс восстанавливается, однако, по сравнению с первоначальной рамочной системой ориентиров, все аспекты индивидуальности, а, таким образом, и ядро индивидуальности, изменились (сместились). Произошел фундаментальный сдвиг парадигмы, или изменение индивидуальности, что описывается некоторыми как адаптация доминирующей псевдоидентичности (West, 1990). Сам автор чувствует, что он был действительно “иной личностью” с мыслями, чувствами и поведением, решительно отличающимися от его нормального способа бытия до культовой индоктринации (идеологической обработки).

Стратегический подход в исцелении от культовой травмы

Двумя годами после того, как автор оставил культовую группу, в которой он находился, Хассэн (Hassan, 1990), дипломированный консультант и сам бывший член Церкви Объединения, который работает с активными и бывшими членами культов, обучил его полезной технике работы с культовой травмой в процессе реабилитации.

Когнитивный или когнитивно-поведенческий подход к консультированию, включающий такие техники терапии, как рационально-эмоциональная (рационально-эмотивная) и десенсибилизация, основан на попытке изменить ассоциации и ложные парадигмы или восприятия действительности, чтобы конструктивно воздействовать на эмоции и поведение. Хассэн полагает, что побуждение пациента к возвращению в прошлое и переживанию травмы заново способно быть фактически вредным, поскольку может повторно травмировать индивидуума. Это представление противоречит Веллспрингской модели реабилитации, которая предполагает, что индивидуум должен повторно испытать травмирующий случай с теми эмоциями, которые ему тогда не разрешали чувствовать (он сам или его лидер), чтобы те эмоции были переработаны и приняты.

Чтобы изменять эмоциональные “якоря” (триггеры/ассоциации), которые были вызваны культовым насилием над сознанием или другой травмой, Хассэн разработал технику, основанную на комбинации нескольких терапий, явно включая концепции из эриксонианской гипнотерапии и психодрамы. Техника работает следующим образом:

1. Индивидуума просят сначала рассмотреть травмирующий случай, эмоционально отделяясь от него. Это делается мысленным представлением сцены на экране телевизора и отдалением экрана подальше в своем воображении, если сцена слишком задевающая.

2. Затем клиента просят нарисовать сцену — на сей раз эмоционально присоединяясь к ней, — при этом творчески изменяя ее и “подключая” ресурсы, которыми он теперь обладает, например, пониманием и личностной силой, которой он не владел в травмирующей ситуации. Клиента инструктируют изменить сцену так, как ему представляется желательным, исследовать различные сценарии, от лучшего до самых худших возможных вариантов, но всегда с непобедимостью его собственной целостности и силы, и всегда в конце представлять себя победно выходящим из ситуации с целостностью и силой. Адепт культа, например, мог воображать, как он побеждает своего культового лидера с помощью скрытых приемов боевых искусств и затем выходит из комнаты ... и культа.

Важно сохранять последовательность обоих шагов, поскольку травмирующий опыт сначала должен быть эмоционально отделен или “разоружен”, чтобы второй сценарий, переписанной памяти, смог заместить (травму).

Этот метод, вероятно, может быть полезным и укрепляющим не только при культовой травмы, но также и при различных других формах травмы, потому что индивидууму дается возможность чувствовать и выражать те эмоции негодования и (переживания) грубого произвола, которые ему не позволяли чувствовать или он был неспособен чувствовать во время инцидента из-за ситуационных факторов (воздействия ситуации). Посредством изменения памяти и присоединения новых эмоций жертве предоставляется шанс исправить ее прошлое и победно возродиться. Здесь также должно быть отмечено, однако, что согласно принципам исцеления травмы, шаг к разрешению себе чувствовать и выражать ощущение первоначальной боли и раны, которое могло быть диссоциировано в ходе инцидента, — важный шаг в процессе выздоровления. Возможно, модель Хассэна, в измененной версии, могла бы использоваться в сочетании с другими моделями исцеления травмы.

Трансактный анализ и Веллспрингская модель культовой травмы и реабилитации

Нижеследующее основано на модели трансактного анализа травмы и исцеления, адаптированной и иллюстрированной Роном Бёрксом (Ron Burks) из Веллспрингского Центра реабилитации (Wellspring Retreat Center). Автор, посетивший там двухнедельную программу реабилитации, нашел, что эта модель, возможно, наиболее близка к существу дела и ценна в качестве “дорожной карты” («путеводителя») для исцеления от культовой травмы, и он разъясняет ее так, как понял в ходе программы. Модель ТА основывается на предположении, что существуют три аспекта индивидуальности, которые находятся в непрерывных взаимоотношениях:

1. Родитель — разделенный на “Заботящегося Родителя” (ЗР) и “Критического Родителя” (КР); “Должен” и “Обязан” (напр., ты должен действовать именно так); позитивные или негативные послания.

2. Взрослый — исследует (сенсорные) данные, сообщаемые органами чувств; принимает решения, основанные на логике.

3. Ребенок — разделенный на “Свободного Ребенка” (СД)*, которое является интуитивным, непосредственным, импульсивным, и “Адаптированного Ребенка” (АД), которое является послушным и покорным.

ТА анализирует эти внутренние взаимодействия (трансакции) и их последствия, так же, как взаимодействия (интеракции) между индивидуумами. Согласно Burks,

Но как это работает? И как кто-то (может) противостоять его воздействию, согласно ТА и Веллспрингскому центру?

Внутренний диалог растущей (развивающейся) личности — это, прежде всего, диалог между Заботящимся Родителем (ЗР) и Свободным Ребенком (СД). Диалог отслеживается (контролируется) и аналитически сравнивается с ранее приобретенной информацией для “проверки реальностью” («проверки на реалистичность»). До некоторой степени негативная и ограничивающая коммуникация от Критического Родителя Адаптированному Ребенку (такая, как “Не занимай место этой старой леди! Ты должен уважать стариков!”) минимальна и носит здоровый характер.

Согласно этой модели имеются четыре основных жизненных позиции:

1. Растущая (развивающаяся) личность

2. Жертва

3. Преследователь

4. Спасатель

“Я — не О'кей, ты — не О'кей” («Я плохой, ты плохой»).

(1) Лидер Культа (нарциссическое расстройство личности)

“Если я — не О'кей и ты — не О'кей, то не имеет никакого значения, что я с тобой делаю”.

С внешней стороны поддерживается маска “я — О'кей, ты — О'кей ”, но за ней скрываются глубоко укорененные, невыносимые чувства неполноценности и никчемности, которые лишь временно могут быть облегчены постоянным подтверждением — в форме обожания, абсолютного повиновения и т.д. — со стороны других. Лидер культа будет доходить до любой крайности, чтобы добиваться абсолютного подчинения и внимания своих последователей. Один из способов идентифицировать это позицию состоит в том, чтобы пронаблюдать его реакцию, когда кто-то не отвечает на “заботу” этого человека или не дает ему того подтверждения, которое он требует. (Враждебность, гнев и поношение — наиболее частые реакции.)

(2) Истинный Сторонник (Истинный Верующий)

“Если я — не О'кей и ты — не О'кей, то не имеет никакого значения, что случится со мной”.

Истинный сторонник (истинный верующий) защищает лидера любой ценой, поскольку он полностью отказался от критического мышления взрослого типа, чтобы принять на себя роль “совершенного объекта”*. Его самоуважение и Я-образ в значительной степени определяются колебаниями в принятии и отвержении со стороны лидеров и выполнением его роли и миссии. Истинный сторонник (истинный верующий) также раздражается, когда кто-то не отвечает на его «проявление заботы»: “Я не могу терпеть, наблюдая твое страдание”.

Как происходит травма с трансактной точки зрения?

Первая модель изображает здоровую, параллельную трансакцию, основанную на парадигме “я — О'кей, ты — О'кей”.

Пример:

А: “Кажется, что мы попадаем под шторм!”

Б: “Да, я думаю, что скоро будет идти дождь”.

Пересекающаяся трансакция (2) происходит как неадекватный ответ, когда критический родитель “говорит сверху вниз” другому человеку, обращаясь к Адаптированному Ребенку. В вышеупомянутом примере, ответ Б был бы, например: “А ты что, метеоролог?” Всякий раз, когда происходит такой оскорбительный выпад, уменьшаются отношения доверия и разрушается самоуважение подавляемого индивидуума. Более тонкий и таким образом возможно даже более мощный путь влияния — скрытая трансакция (3), в которой, с внешней стороны, вроде бы осуществляется равная или параллельная трансакция, но ответ содержит тонкий оскорбительный выпад.

Пример:

А: “Я чувствую себя крайне раздраженным”.

Б: “Звучит так, будто ты борешься со своим падшим характером”.

(Подлинный скрытый смысл: “Ты должен управлять своим падшим характером и, таким образом, своим раздражением!”)

Пример:

А: “Я не могу выносить этого человека”.

Б: ”Что за чувство лежит в основе?”

А: “Гнев!”

Б: “Ты способен высвободить (разрешить) его?” (Скрытый смысл: “Ты должен его высвободить (разрешить)!”)

В результате повторяющихся пересекающихся трансакций, близость, построенная на доверии, заменяется интенсивностью, которая может превращаться в форму эмоциональной аддикции. Хотя такие отношения болезненны и патологичны, они могут обеспечивать интенсивное стимулирование, которое укрепляет зависимость. Каждая пересекающаяся трансакция, открытая или скрытая, причиняет психологическую травму. Если использовать аналогию физической травмы, маленькая пункция кончика пальца может быть несущественной, но непрерывная и последовательная повторная травматизация произведет повреждение, которое может причинить серьезные проблемы и даже смерть через инфекцию или потерю крови. Точно так же, паттерны отношений, характеризуемые пересекающимися трансакциями, могут причинять серьезный психологический ущерб, особенно имея в виду среднее количество потенциально вредных трансакций, получаемых индивидуумом каждый день. Культовые лидеры и другие злоумышленники используют пересекающиеся трансакции, чтобы разрушить у своих последователей самоуважение и уверенность в себе с целью добиться запрещенными приемами полного повиновения, податливости и зависимости.

В то время, как растущая личность контролирует диалог между ЗР/КР и СД/АД и перерабатывает ранящие стимулы (травмирующие опыты) одновременно с их переживанием, культист теряет эту способность, поскольку взрослая часть его индивидуальности подавляется, наряду с Заботящимся Родителем и Свободным Ребенком. Критический Родитель теперь забрасывает Адаптированного Ребенка такими негативными посланиями, как “Не чувствуй таким образом! Ты не должен быть сердитым или грустным! Это слабость!”. Адаптированный Ребенок не может перерабатывать такие эмоции, как гнев и боль, будучи униженным. Вместо этого такие чувства выталкиваются в своего рода “эмоциональный резервуар”. В результате “эмоциональный резервуар”, используемый растущей личностью только для кратковременного хранения чрезвычайно ранящих стимулов (вроде травмирующих эмоций несчастных случаев), которые будут переработаны позже, становится постоянным хранилищем. Поэтому “эмоциональный резервуар” члена культа наполняется до предела, где избыточное давление «извергается» в форме вспышек гнева и т.п. Это называется «распылением».

Это “распыление” лишь временно уменьшает давление, и индивидуум продолжает испытывать дистресс и колебание между интенсивными негативными эмоциями и эмоциональной мертвенностью. Другой способ, каким человеческая система пытается уменьшать давление, заключается в “просачивании” в форме физических жалоб, раздражительности, депрессии и т.д.

Растущая личность перерабатывает интенсивные эмоции в связи с происходящими событиями. Эти полные и переработанные воспоминания могут быть сравнены с “заполненными резервуарами”. Однако член культа, которому не разрешают испытывать его чувства, хранит факты без чувств, скорее как “пустые резервуары”. В результате культист отделен или диссоциирован от его реальных эмоций, что может объяснять часто возникающие внешние проявления зомбиподобности.

Реабилитация

В таком случае, реабилитация, что означает “жить заново” (от латинского re-habilitare), — это процесс аннулирования воздействия деструктивных паттернов отношений и коммуникации и восстановления естественного способа переработки эмоций. Основываясь на вышеупомянутых моделях, логично предположить, что Заботящегося Родителя и Свободного Ребенка необходимо воодушевлять в обстановке безопасности и доверия, и что Взрослый активизируется, чтобы установить вину, исследовать внутренний диалог между Родителем и Ребенком и сортировать чувства на основе проверки реальностью.

Главные цели реабилитации, таким образом, следующие:

1. Осушить (эмоциональный) резервуар.

2. Жить без культовой поддержки.

3. Перерабатывать эмоции по мере их возникновения.

4. Жить с позиции “Я — О'кей, ты — О'кей”.

Штат Веллспринга ласково называет этот процесс “прочувствовать свой путь назад к жизни”.

Возможно, в конкретном случае реабилитации от культа разрешение себе испытать и выразить первоначальные чувства должно пройти два этапа эмоционального и когнитивного реструктурирования, используемого Хассэном, тогда как в иных случаях ранящие, травмирующие воспоминания могут продолжать храниться отделенными от эмоций в виде “пустых резервуаров”, в то время как “резервуар” непереработанной боли и гнева остается «заполненным». Важно не только изменять спусковые механизмы (триггеры) и переопределять опыт, но также и “освобождать (эмоциональный) резервуар”.

Просветительская модель

Цель просветительской модели, повторяю еще раз, состоит в том, чтобы организовывать и структурировать сложную информацию о проблемах, связанных с культом, понятным, доступным образом. Информация становится более понятной и доступной, будучи организованной, особенно графическим способом. Любому человеку было бы тяжело искать конкретную запись в груде папок, наваленных из ящика стола. Однако когда информация должным образом организована и помечена, задача становится намного более легкой и более эффективной.

Автор, таким образом, разработал следующую трехступенчатую (трехшаговую) модель. (См. следующую страницу.) После предоставления широкого краткого обзора, устанавливающего рамочную систему ориентиров, каждый шаг в этой модели — докультовый, опыт культа, и посткультовый — может быть углублен и расширен в зависимости от потенциальных клиентов. Разделы данного исследования могут использоваться как инструктивный (методический) материал и дополнены другой информацией. Для школы или университета, например, акцент мог бы быть сделан на природу культов и контроля сознания, а также на факторы предрасположенности (к вовлечению в культ). Для профессиональных психологов и психотерапевтов фокусом могло бы быть получение общего понимания культового насилия над сознанием и специфических особенностей реабилитации культовой травмы.



* По складывающейся традиции перевода, в трансактных схемах Ребенок обозначается как Дитя (Д), чтобы не путать с Родителем, обозначаемым на схемах как (Р). — Прим. перев.

* Как образно выражался Лютер 400 с лишним лет назад, «верующий должен быть подобен трупу в руках господних». — Прим. Е. В.